Друк
 
«На колени, быстро!» Почему унижающее обращение приравнено к пыткам
 
Нравственные страдания, причиняемые сотрудниками силовых структур, ничем не лучше пыток физических
 
http://torture.spring96.org/unizhenia_pytki
 
Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказаниях обязала каждое государство предотвращать акты жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания, которые не подпадают под определение пытки, когда такие акты совершаются государственным должностным лицом или иным лицом, выступающим в официальном качестве, или по их подстрекательству, или с их ведома или молчаливого согласия. В частности, обязательства, содержащиеся в конкретных статьях Конвенции, применяются с заменой упоминаний о пытках упоминаниями о других формах жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания.
 
Часто мы слышим о каких-то поступках и действиях представителей государства, в том числе МВД, которые как бы напрямую не связаны с очевидно противоправным поведением, например – беспричинным избиением задержанных, но также причиняет им страдания, в том числе – нравственные. Ведь согласитесь, столкнувшись с такой ситуацией, нам становится неприятно, обидно, унизительно… Так быть не должно.
 
Гражданский активист Дмитрий Полиенко был задержан у себя дома и доставлялся в РУВД в милицейском автобусе, стоя на коленях.
 
«В микроавтобусе меня грубо поставили на колени, приказав держать руки за спиной. Во время ожидания сильно затекали ноги, когда я пытался немного пошевелиться, меня сразу же толкали в голову кулаком. Минут сорок автомобиль стоял около дома, всё это время меня держали стоящим на коленях», - вспоминает Дмитрий.
 
Полиенко: «Издеваясь таким образом надо мной, они как бы хотели показать своё моральное превосходство»
Молодые оппозиционные политики Анна Смилевич и Денис Мандик доставлялись в суд по административному делу, скованные наручниками.
 
Денис Мандик
 
Денис Мандик
При конвоировании задержанных активистов наручниками скрепили между собой в цепочку, соединили вместе с другими административно задержанными и в таком виде этапировали сначала из Центра изоляции правонарушителей в РУВД, а потом из РУВД в суд Центрального района. На просьбы Дениса Мандика ослабить наручники – отвечали отказом.
 
Активист уверен, что никаких действий, которые могли бы послужить основанием для применения к нему спецсредств сотрудниками милиции, ни он, ни другие задержанные не совершали.
 
Анна Смилевич
 
Анна Смилевич
Рассказывает Анна Смилевич:
 
«Вечером из Центрального РУВД нас отвезли в Центр изоляции правонарушителей. Там сотрудники очень жестко с нами обходились. Меня больше всего поразило унизительная процедура осмотра, когда тебя раздевают догола. Еще заставляли держать руки за спиной и кричали даже, если этого не делаешь».
 
Общественному активисту Леониду Кулакову не дали возможности воспользоваться туалетом и предложили для этого пластиковую бутылку.
 
В марте 2017 года Леонида Кулакова задержали во время празднования в Минске Дня Воли и до суда поместили в ЦИП на Окрестина. Утром 27 марта часть задержанных отконвоировали в суд Советского района. Рассмотрение административных дел растянулось на целый день и только в 18 часов тех, кого суд наказал арестами, привезли обратно в ЦИП. Но из автозака по какой-то технической причине некоторое время не выпускали.
 
Леонид Кулаков
 
Леонид Кулаков
Получилось, что длительное время у Леонида Кулакова не было никакой возможности воспользоваться туалетом. Понятно, что в конце концов появилась насущная необходимость справить малую нужду.
 
«Я стал просить конвоиров, чтобы мне разрешили попасть в туалет. Но несмотря на настойчивые просьбы, мне несколько раз отказывали и даже предупредили, что если я справлю нужду прямо в стакане автозака, то они уберут лужу моим телом, - рассказывает активист».
«В конце концов конвойные предложили освободить пластиковую бутылку из-под воды и справить в нее естественную нужду. У меня не было другого выхода, как на глазах у сотрудников милиции, в том числе двух женщин, а также других арестованных, причем знакомых, сделать это в неудобных и неприспособленных условиях. Я испытывал сильное унижение», - говорит Кулаков.
 
На действия, или скорее бездействие, сотрудников столичной милиции, активист подал жалобу на имя начальника ГУВД Мингорисполкома.
 
Анастасию Гусеву, которую подозревали в нанесении на стену надписи «Менты убивают людей» подвергли унижающему обращению в отделении милиции.
 
Анастасия Гусева
 
Анастасия Гусева
Сутки без еды и воды, отсутствие медицинской помощи и возможности сходить в туалет, а также издевательства, оскорбления и угрозы – все это довелось пережить Анастасии Гусевой, подозреваемой по новому делу о граффити, во время своего трехсуточного задержания.
 
 
Сотруднице медчасти изолятора временного содержания Анастасия объясняла, что ей очень плохо, что она больше не может себя сдерживать и, если ее не отведут в туалет, то может случиться некрасивая ситуация. На что сотрудница ответила: «Здесь не медицинское учреждение и я Вам ничем помочь не могу».
 
И она, а также сотрудник ИВС отказались вести девушку в туалет.
 
«Тогда я сказала сотруднику, что в таком случае я буду тошнить ему прямо на ботинки. Он разозлился и в грубой форме начал кричать: «Ну давай, давай!», - вспоминает Анастасия.
Как реагировать на унижающее обращение?
И как отличить унижающее обращение от мер безопасности?
 
Ответ прост – в понятие пытки не включаются боль или страдания, которые возникают лишь в результате законных санкций, неотделимы от этих санкций или вызываются ими случайно: например, сотрудник милиции при явной угрозе жизни граждан выстрелил в нападающего на них человека и причинил ему боль и страдание; подозреваемого в тяжком преступлении задержанного человека в наручниках положили на землю для обеспечения безопасности до приезда подкрепления со спецтранспортом.
 
Другое дело, когда подозреваемый в совершении преступления, не представляющего большой общественной опасности Дмитрий Полиенко, которого задерживало девять сотрудников милиции, был вынужден стоять на коленях при доставлении в РУВД – никак не было обосновано соображениями безопасности и не связано с пресечением противоправного поведения Полиенко, но унижает его человеческое достоинство и помимо физических страданий приносит страдания нравственные.
 
Такое унижающее обращение должно пресекаться, а виновные в таком обращении должностные лица должны нести предусмотренную законом ответственность.
 
 
© 2021 "Берасцейская вясна"